Воскресенье, 23.04.2017, 22:40
Приветствую Вас Гость | RSS

САЙТ О СТАНИЦЕ ВОРОВСКОЛЕССКОЙ

Меню сайта
Форма входа

Региональные особенности современных миграционных процессов на Северном Кавказе (Ч.1)

Соловьёв И.А. РЕГИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ СОВРЕМЕННЫХ МИГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ /автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата географических наук / Ставропольский государственный университет. Ставрополь, 2004

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. В настоящее время миграционные процессы  являются важным фактором социально-экономического развития многих государств мира, в том числе и нашей страны. В условиях углубления депопуляции и обострения межэтнических отношений особую актуальность эта проблема приобретает для ряда регионов России, занимающих особое геополитическое положение, имеющих внутрирегиональные различия в типах  воспроизводства, этнического состава населения и т.п. В число таких регионов входит Северный Кавказ, выделяющийся на всех этапах развития интенсивными миграционными процессами.  Факторы, определявшие миграцию в этом районе, отличались  в различные периоды, но одно было всегда характерно – сочетание интенсивности  миграции населения  и ярко выраженных   региональных различий ее в равнинной (Ростовская область, Краснодарский и Ставропольский края) и горной  частях (северокавказские республики). В частности,  в конце XIX-го века, в период колонизации, отмечалось массовое заселение района славянскими народами, проходившее на фоне мощной эмиграции горских народов. В довоенный период равнинная зона теряла население в ходе принудительных  миграций в форме «расказачивания» и «раскулачивания», в горной зоне эта форма миграции не являлась столь масштабной вплоть до военного периода, когда подверглись тотальной депортации чеченцы, карачаевцы, ингуши, балкарцы.

Высокие темпы прироста населения, «демографический взрыв» на большей части  горных районов в 1960-1980-е годы, сопровождавшийся катастрофическим ростом недостатка сельскохозяйственных угодий и вызвавший   активные переселения с гор на равнину сначала в пределах республик, а затем и в соседние регионы равнинной части Северного Кавказа, Поволжья, сочетался с  нарастающим сужением воспроизводства, депопуляцией в равнинных регионах Северного Кавказа (Белозеров, 2002). Всё это создавало условия для  интенсивных внутрирайонных миграционных потоков.

В конце XX века миграционные процессы на Северном Кавказе приобрели особую актуальность в связи с ростом сальдо миграции, изменением форм переселениий, в частности, нередко преобладанием миграций стрессового характера, усилением региональной дифференциации миграционной ситуации  в районе, как в равнинной и горной частях, так и  в отдельных субъектах. Северный Кавказ, став приграничным регионом, оказался, с одной стороны, граничащим с мощными очагами военных и межэтнических конфликтов в приграничных государствах Южного Кавказа, откуда устремился в район мощный поток вынужденных мигрантов, с другой стороны, сам стал зоной массового исхода вынужденных мигрантов из зон конфликтов.  Актуальность данной проблемы возрастает в связи с продолжающимися террористическими актами в районе.

Несмотря на пристальное внимание исследователей к миграционным процессам на Северном Кавказе, в их работах региональные особенности миграции населения, особенно современного периода, исследованы недостаточно, хотя в большинстве регионов Северного Кавказа её роль в формировании населения возрастает. Актуальными являются исследования, которые позволяют прогнозировать влияние миграции на социально-демографическое развитие района и отдельных его субъектов, а следовательно, вырабатывать адекватные меры в области региональной  миграционной и демографической политики, способствующие устойчивому развитию района. Вышеизложенное обусловило выбор темы диссертационной работы, актуальность проблемы, формулировку цели и задач исследования.

Цель исследования – выявление пространственно-временных особенностей современных миграционных процессов на Северном Кавказе и разработка на основе математической модели вариантов прогноза динамики демографической ситуации в районе с учетом миграционных процессов.

Для достижения поставленной цели решались следующие задачи:

1) определить  факторы, влияющие на характер миграционных процессов на Северном Кавказе  на разных этапах развития района;

2) выявить пространственно-временные особенности миграционных процессов на Северном Кавказе на районном, зональном, региональном  (субъектах) уровнях;

  1. провести типологию регионов Северного Кавказа  по характеру миграционных процессов;
  2. на основе математической модели разработать варианты прогнозов развития демографической ситуации в районе и его субъектах.

Объект исследования – миграционные процессы на Северном Кавказе. 

Предметом исследования являются региональные особенности миграции населения в 1980 – 2000-е гг. 

Хронологические рамки исследования. Исследуемый исторический период охватывает последние два десятилетия XX в. и начало XXI в., т. к. именно в это время возросла роль миграции в социально-экономическом развитии района. Началом детального рассмотрения исследуемой проблемы являются 1980-е годы, т. к. особенности современных миграционных процессов более рельефно вырисовываются в сравнении с миграционной ситуацией этого времени. Миграционные процессы в более ранний период, начиная с XVIII в. до средины XX в., нами рассматривается в общих чертах.

Теоретической и методологической основой диссертации являются труды отечественных ученых географов, в том числе А.И. Алексеева, Ж.А. Зайончковской, В.В. Покшишевского, П.М. Поляна. По Северному Кавказу – В.С. Белозерова, А.Д. Бадова,  Г.С. Гужина, Ш.С. Мудуева, П.П. Туруна,  К.П. Сергеевой. Изучены и обобщены также научные материалы представителей смежных наук (демографии, экономики, социологии, истории, математики), а именно Г.С. Витковской, А.Г. Вишневского, О.Д. Воробьевой, В.И. Горелова, В.М. Денисенко, В.М. Кабузана, Н.В. Мкртчяна, В.И. Мукомеля, В.И. Переведенцева, Т.М. Регент, Л.Л. Рыбаковского, С.В. Рязанцева, С.А. Чекменева, П.А. Шацкого, Т.Н. Юдиной и др.  

Информационную базу исследования составили статистические данные Госкомстата Российской Федерации и северокавказских субъектов, талоны статистического учета выбытия и прибытия мигрантов по Ставропольскому краю и Карачаево-Черкесии, материалы научной литературы и СМИ, геоинформационная аналитика с применением технологии Arc View GIS 3.2. Исследование на локальном уровне проводилось с помощью автоматизированного комплекса обработки, хранения анализа анкетных данных «Миграция», разработанных в лаборатории народонаселения кафедры экономической, социальной и политической географии Ставропольского государственного университета.

Методической основой исследования являются методы: статистический, картографический, исторический, сравнительный, моделирования, типологической группировки, математический. 

Научная новизна  исследования заключается в следующем: впервые детально исследованы региональные особенности миграционных процессов на Северном Кавказе на районом, зональном и региональном уровнях, что позволило сформулировать основные направления региональной миграционной политики для регионов горной, равнинной зон; на основе математической модели изменения демографической ситуации в районе с учетом миграционных тенденций составлен прогноз динамики численности населения на среднесрочную перспективу по каждому из субъектов; предложена типология миграционных процессов Ставропольского края и Карачаево-Черкесской Республики, позволяющая выявить внутрирегиональную дифференциацию и влияние миграции на демографическую ситуацию; разработаны (в соавторстве) автоматизированные комплексы «Миграция» и «Анкета» (зарегистрированы Отраслевым фондом алгоритмов и программ России, свидетельства об отраслевой регистрации разработки № 2358 и 2826), программы которых позволяют обрабатывать, хранить и анализировать результаты социологических опросов, талонов статистического учета выбытия и прибытия мигрантов.

Практическое значение исследования. Методический инструментарий изучения миграции, использованный в работе, может применяться в проведении подобных географических исследований миграции населения в других регионах России. Результаты исследования используются в учебных курсах: “География миграции населения”, «География населения Северного Кавказа», «Экономическая и социальная география Северного Кавказа». Отдельные положения работы вошли в научный отчет по хоздоговору «Этнические миграции в Ставропольском крае: проблемы адаптации и миграционного поведения этносов», выполненный по заказу Правительства Ставропольского края. Материалы исследования используются в создании статистической базы данных и карт в рамках разрабатываемой на кафедре экономической, социальной и политической географии СГУ ГИС ”Население Северного Кавказа” (Миграционный блок). Результаты исследования могут быть использованы при разработке региональных программ по миграции, занятости, социальной защите населения.

Апробация работы и публикации. Материалы и результаты работы докладывались и обсуждались на конференциях: международных - «Теория, практика и перспективы образования поликультурного воспитания, карьеры и интеграции беженцев, мигрантов и их детей в современном мире» (Ростов-на-Дону, 2001), “Расселение, этнокультурная мозаика, геополитика и безопасность горных стран” (Ставрополь, 2001), «Миграционная ситуация в России» (Нижний Новгород, 2002), «Проблемы миграции и опыт ее регулирования в полиэтничном Кавказском регионе» (Ставрополь, 2003); региональных - “Университетская наука – региону” (Ставрополь, 2001-2004), «Молодежь и наука III тысячелетия» (Ставрополь, 2001), на международной школы-семинара «Миграция: теория, методы и практика регулирования миграционных процессов» (Смоленск, 2003, 2004 и Москва, 2004). По теме диссертации опубликовано 16 работ. Общий объем публикаций составляет 3,1 п. л.

Структура и объем. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографического списка, приложения. Общий объем диссертации составляет 179 страниц, работа содержит 10 рисунков, 16 таблиц, библиографию из 169 наименований, 25 приложения.

 

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ И ВЫВОДЫ ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ

Предметом исследования является совокупность следующих, выносимых на защиту положений: пространственно-временные особенности миграционных процессов на Северном Кавказе, ярко выраженные в его регионах и свойственные каждому из рассматриваемых этапов; территориальная и демографическая структура миграционного потока; варианты прогнозов демографической ситуации в районе и его субъектах, позволяющие предвидеть влияние миграции на социально-демографическое развитие района; факторы, воздействующие на характер миграционных процессов на Северном Кавказе, как общероссийские, так и региональные, специфичные для каждого этапа развития района.

1. Северный Кавказ остается районом аттрактивным в миграционном отношении с меняющимися масштабами миграционного прироста. На протяжении всего исследуемого периода основная часть миграционного прироста  района приходится на равнинную зону, где в условиях активно развивающейся депопуляции в последние десять лет весь прирост численности населения обеспечивается за счет миграции. В горной зоне устойчивый рост демографического потенциала за счет естественного движения населения сочетается с его миграционной убылью, обусловленной не только малоземельем, но и социально-экономическими  проблемами, обострением межнациональных отношений и вооруженными конфликтами. 

С учетом поставленных в работе задач подробно исследуются миграционные процессы с 1980 г. до начала 2000-х гг. Этот непродолжительный по времени, но насыщенный бурными социально-политическими и экономическими событиями период делится на 3 этапа, различающихся по характеру миграции населения: первый этап (1980-1989 гг.), второй этап (1990-1995 гг.), третий этап (1996-2002 гг.).

В основу такой периодизации положена динамика факторов, определяющих специфику миграции и пространственно-временные характеристики миграционного потока (география, масштабы, интенсивность миграционного прироста и др.), формы миграции. Произошедшая в конце XX века «смена вех» социально-экономического развития нашей страны отразилась на ходе миграции как на Северном Кавказе, так и на всем постсоветском пространстве. На первом этапе – последнем десятилетии советского времени – миграции детерминировались обычными для них координатами социально-экономического развития страны: урбанизацией, рынком труда, демографической ситуацией. На втором этапе первостепенное значение приобрели либерализация въезда и выезда в России, этнический фактор, стрессовые обстоятельства, оттеснившие традиционные факторы миграций. В течение третьего этапа – вторая половина 1990-х – начало 2000-х гг. – наблюдается возврат на первые роли экономических причин миграции.

Первый этап – характер миграционных процессов на протяжении этого этапа определяли факторы, традиционные в целом для страны, действовавшие на протяжении второй половины 20 века и соответствовавшие потребностям плановой экономики. Миграция детерминировалась развитием урбанизации,  активным освоением северных и восточных регионов СССР, обладающих мощными сырьевыми ресурсами. В конце 1980-х годов начинают действовать  новые факторы, обусловленные изменениями в этнополитической и социально-экономической жизни страны, связанными межэтническими конфликтами, военными действиями в «горячих точках» и др. Межэтнические конфликты вызвали первые потоки вынужденных мигрантов в Россию и на Северный Кавказ, внесли существенные изменения в характер миграционных процессов. К важному региональному фактору, привлекающему мигрантов на протяжении всего исследуемого периода, относятся благоприятные природно-климатические условия района. Другой  существенной причиной внутрирайонной миграции являются значительные различия состояния рынка труда равнинной и горной зон района, особенности воспроизводства населения и малоземелья в горной зоне.

Характер современных миграционных процессов имеет более глубокие исторические корни. В частности, на всех этапах развития района наблюдалась активная экспансия славянских народов, которая привела к изменению этнического состава республик в пользу доминирования славянского населения. Во время осложнения межэтнических отношений  это способствовало усилению миграционного оттока русскоязычного населения из республик, и полному его исходу из Чечни.

Исследование показало, что основной чертой миграционных процессов на первом этапе является спад миграционного прироста на Северном Кавказе по сравнению с предыдущим десятилетием, на фоне его роста в России. Важной причиной миграционной ситуации такого характера в районе выступал слабый уровень урбанизации большей части субъектов Северного Кавказа: в системе городского расселения  района преобладали малопривлекательные для мигрантов малые и средние города. На снижение миграционной привлекательности большинства субъектов оказывал и  аграрно-индустриальный характер экономики.

Отмеченные факторы обусловили слабый миграционный прирост на Северном Кавказе, составивший за 1980-е гг. 4% общероссийского сальдо миграции (табл.). При этом весь миграционный прирост в районе обеспечивался за счет  равнинной зоны. Региональной особенностью миграционного прироста в равнинной части было распределение его преимущественно между Ставропольским и Краснодарским краями (по 40%).

Таблица

Миграционный прирост на Северном Кавказе, 1980-2002 гг. (тыс. чел.)

 

1980-1989 гг.

1990-1995 гг.

1996-2002 гг.

Россия

1767

3009

1790

Северный Кавказ

71,1

728,4

177,7

Равнинная зона

400

850

314,2

Горная зона

-328,9

-122

-136,5

 

Важной чертой первого этапа является активное развитие миграционных потоков в направлении «горная зона – равнинная зона», а также «сползание» населения с гор в пределах республик. К 1980-м гг. в пределах Северокавказского района сформировались две зоны с различным демографическим потенциалом. Интенсивное нарастание демографического потенциала горных районов обостряло проблему малоземелья, увеличивало численность безработных и требовало поиска выхода населения или через переселение на равнину, или в «свои» города, или через исход народов за пределы основного ареала их расселения. В равнинной части Северного Кавказа сокращение демографических ресурсов или низкие темпы их роста в сочетании с активной урбанизацией, наоборот, обостряли дефицит трудовых ресурсов, прежде всего в сельском хозяйстве, который возможно было покрыть за счет миграции. Выход из создавшегося положения каждой из частей района – горной и равнинной – виделся в тесном взаимодействии. На этом этапе население горной зоны интенсивно мигрировало на трудодефицитные равнинные территории (Белозеров, 2000). В этих условиях горная зона испытывала миграционный отток населения. При этом миграционная убыль населения (90%) в основном приходилась на Дагестан и Чечено-Ингушетию, где отмеченные процессы были наиболее ярко выражены.

Важной пространственной особенностью миграционных процессов первого этапа является преобладание миграционного потока из села в город. Сопряженность миграции населения с процессами урбанизации территории определила повсеместный отток сельского населения Северного Кавказа в городскую местность. Наибольшие масштабы миграционного прироста были характерны для городов равнинной зоны, в этой части Северного Кавказа преобладали города с положительным сальдо миграции. Суммарный миграционный прирост равнинной зоны за 1980-е гг. в 62 раза превысил аналогичный показатель горной части района. Миграционный прирост в городах республик отмечался только в Кабардино-Балкарии и Дагестане. Городские поселения остальных национально-территориальных образований Северного Кавказа теряли население. В сельской местности района в этот период наблюдался отток населения. При этом масштабы миграционной убыли в горной зоне были в три раза выше, нежели в равнинной.

На втором этапе наблюдается смена факторов, определяющих характер миграционных процессов, – с экономических на стрессовые. Главными региональными факторами, влияющими на характер миграционных процессов, являются: изменение геополитического положения района, наличие на его территории и в соседних странах Южного Кавказа мощных зон военных конфликтов.

Этот этап характеризуется изменениями в миграционных процессах принципиального характера как на северокавказском, так и общероссийском уровне. В условиях снижения миграционной мобильности населения отмечается рост показателя сальдо миграции. На Северном Кавказе темпы роста сальдо миграции на протяжении рассматриваемого этапа были выше на 7%, чем по стране. Это привело к увеличению доли Северного Кавказа в миграционном приросте страны с 15% в 1990 г. до 22% в 1994 г. Ситуация первой половины 1990-х годов обеспечивала рост сальдо миграции не только в равнинной, но и в горной  зоне. Однако большая часть миграционного прироста в районе пришлась на равнинную зону (85%). При этом в её пределах повышенной миграционной привлекательностью отличается Краснодарский край, на который  приходится более половины миграционного прироста всей зоны, четверть сальдо миграции – на Ставропольский край.

Миграционный прирост горной зоны на две трети обеспечивался за счет Ингушетии, принявшей массовое количество вынужденных мигрантов из Чечни. Оставшаяся треть приходится на Северную Осетию, Дагестан и Адыгею, где также отмечалась концентрация вынужденных мигрантов из зон конфликтов. Набиравший силу отток русскоязычного населения определил отрицательный миграционный прирост в республиках Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии.

Территориальная структура миграционного прироста в районе на этом этапе характеризуется дисбалансом между прямым и обратным потоками миграции в пользу первого. Более половины (56%) миграционного прироста Северного Кавказа на этом этапе формировалось за счет миграции со странами СНГ и Балтии,  остальная часть сальдо миграции складывалась за счет межрайонной (внутрироссийской) миграции. При этом в структуре миграционного прироста равнинной зоны величина внутрироссийской и международной миграции была почти одинаковой, что обусловлено традиционно интенсивными миграционными связями равнинных регионов Северного Кавказа с районами Севера, Дальнего Востока страны, а также с республиками Закавказья, Украиной и т.д. В горной части района сальдо миграции формируется за счет миграционного потока из стран СНГ и Балтии, тогда как в ходе внутрироссийской миграции отмечается убыль населения в связи с интенсивным оттоком русского и титульного населения республик.

Особенно важную роль для Северного Кавказа играют миграционные связи с соседними странами Закавказья и Украиной. Соседство с ними, а также исторические факторы, способствовавшие формированию диаспор титульных народов этих стран на Северном Кавказе, и определили «тесноту» миграционных связей со странами нового зарубежья. Здесь сложились устойчивые территориальные «пары» в формировании миграционных обменов: Северная Осетия – Грузия, Дагестан – Азербайджан, Кабардино-Балкария – Грузия, Ингушетия и Кабардино-Балкария – Казахстан, Ростовская область – Украина, Краснодарский край – Грузия, Ставропольский край – Армения.

Начало 1990-х годов – это период кардинального  изменения структуры миграционного прироста в системе «город-село». Хотя эти изменения имели неустойчивый характер, тем не менее, традиционное доминирование миграций в города в 1991 – 1993 гг. сменилось преобладанием  миграционного прироста в сельской местности. Причины столь резких изменений характера миграций обусловлены социально-экономическим кризисом в стране, ростом безработицы  и цен на жилье и т.п. Во многом по причине высоких цен на жильё города оказались недоступными для большинства вынужденных мигрантов. Все эти факторы повернули вспять миграционные потоки, т.е. в направлении села. В равнинной зоне только около половины миграционного прироста приходилось на города, а в горной – 40% (без учета Чечни).

Третий этап в отличие от предыдущего характеризуется в целом по России, прежде всего, снижением влияния стрессовых факторов миграции и выходом на первые роли экономических. Главной причиной является «затухание горячих» точек на всем постсоветском пространстве и, как следствие, спад вынужденной миграции. На снижение миграционного прироста в стране повлияли экономические проблемы, обусловленные дефолтом 1998 г., а также принятие законов, ужесточающих условия миграции в Россию из стран СНГ. Важным региональным фактором, определяющим специфику миграции населения, является сохранение напряженной ситуации в Чеченской республике, что способствует снижению миграционной привлекательности района.

На этом этапе  наряду с сокращением миграционного оборота отмечается резкое снижение (в 7 раз) сальдо миграции, а также уменьшение почти в 2 раза  доли  Северного Кавказа  в миграционном приросте России (с 22 %  в 1994 г. до 12%  в 2002 г.).

При этом происходит изменение территориальной структуры миграционного прироста Северного Кавказа, который вновь, как и на первом этапе, весь приходится на равнинную зону. В пределах равнинной зоны доля Краснодарского края в миграционном приросте увеличилась на 10% (до 60%), а Ставрополья сохранилась на прежнем уровне (21,3%). В горной зоне установился отток населения, как и на первом этапе. Особенно высокий коэффициент миграционной убыли в Чечне. При общем отрицательном сальдо миграции в горной зоне незначительный миграционный прирост населения сохранился в Ингушетии и Адыгее.

К концу третьего этапа (2002 г.) формирование положительного сальдо миграции Северного Кавказа  полностью обеспечивалось за счет миграции со странами СНГ и Балтии. В свою очередь, в межрайонной миграции установился отток населения из района, причем в последние годы эта тенденция усиливается. Главным районом России, принимающим мигрантов с Северного Кавказа, является Центральный район, особенно Москва и Московская область. Важным реципиентом выступает «вторая» столица России – Санкт-Петербург. Положительное сальдо миграции по-прежнему отмечается с районами Крайнего Севера. «Островом» миграционного притяжения для населения Северного Кавказа является устойчиво развивающаяся Тюменская область.

В пределах  равнинной зоны по-прежнему ведущая роль (58%) в формировании сальдо миграции принадлежит внутрироссийскому потоку. Важными миграционными донорами для равнинной части выступают республики Северного Кавказа.  В горной зоне отмечается устойчивая убыль населения в пользу других субъектов России.

На третьем этапе доминирование городской местности в миграционном приросте было прервано только в год финансового кризиса в стране (1998 г.) и в последующие два года после него, что связано с постепенной адаптацией городских поселений к новым социально-экономическим условиям, способствующей повышению их миграционной привлекательности для сельских жителей.

2. В условиях возрастания роли миграции в формировании населения района отмечается усиливающаяся деформация возрастной структуры миграционного прироста: в равнинной зоне «молодой» миграционный прирост сменился «стареющим»; в горной зоне интенсивный отток молодежи наблюдается на протяжении всего исследуемого периода.

На первом этапе, в условиях доминирования миграции по экономическим причинам (учебная, трудовая миграции), миграционный прирост складывался за счет населения трудоспособного и моложе трудоспособного возраста. При этом в равнинной зоне в миграционном приросте преобладало молодое население, тогда как в горной зоне высокий удельный вес этой категории мигрантов отмечался в обратном миграционном потоке.

На втором этапе, в условиях развития демографического кризиса в стране и увеличения роли миграции в формировании населения, для Северного Кавказа была характерна самая молодая в России возрастная структура миграционного прироста, так как значительную часть среди прибывающих в район составили вынужденные мигранты, в числе которых высока доля детей. Миграция обеспечивала не только общий прирост численности населения, но и способствовала увеличению численности трудоспособного населения.

Особенностью третьего этапа является неуклонный рост доли и даже доминирование в миграционном приросте населения старших возрастов в регионах равнинной зоны, а также в Ингушетии и Адыгее. В других республиках наблюдается устойчивый отток молодого населения. Сократившиеся масштабы миграционного прироста в последние годы уже не способны компенсировать естественную убыль населения в большинстве субъектов Северного Кавказа, как в равнинной, так и в горной зоне (Адыгея, Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария, Северная Осетия).

3. В равнинной зоне нарастает пространственная дифференциация миграционных процессов. На втором этапе миграция играла доминирующую роль в приросте численности населения, а в настоящее время только сдерживает темпы сокращения численности населения, не компенсируя его естественную убыль. В горной зоне преобладают территории  с миграционной убылью населения. Ареалы с отрицательным сальдо миграции расширяются за счет как сельской, так и городской местности.

Пространственно-временные контрасты миграционных процессов четко выражены в городах различных категорий и функциональных типов, сельских районах, отличающихся по уровню урбанизации, экономико-географическому положению, этнической структуре населения и др.

В качестве территорий-ключей были выбраны: в равнинной зоне - Ставропольский край, в горной - Карачаево-Черкесская Республика. Выбор ключевых субъектов обусловлен схожестью основных миграционных тенденций с зонами района, к которым они относятся.

Исследование показало, что во время первого этапа сальдо миграции в крае росло. Карачаево-Черкесия на миграционной карте горной зоны Северного Кавказа в 1980-е годы выделялась как территория, притягивающая мигрантов, тогда как остальные национальные республики теряли население.

Для выявления территориальных особенностей миграционных процессов в крае и республике проведена типология городов и районов с учетом коэффициентов миграционного прироста. С помощью  метода сводки и группировки было выделено 4 типа: I тип – высокий миграционный прирост, II тип – низкий миграционный прирост, III тип – низкая миграционная убыль, IV тип – высокая миграционная убыль. 

Несмотря на то, что в 1980-е годы  на миграционной карте равнинной зоны района Ставропольский край, а в горной зоне Карачаево-Черкесия выделялись масштабами сальдо миграции, высокий миграционный прирост (I тип) в крае отмечался только в 5 городах (Ставрополь, Георгиевск, Буденновск, Благодарный, Новопавловск) и 4 районах (Минераловодский, Изобильненский, Кировский, Новоселицкий), а в республике лишь в двух городах: Черкесске и  Усть-Джегуте. Столь пестрый ряд аттрактивных территорий сформировался вследствие вполне закономерного нахождения  Ставрополя и Черкесска среди территорий, активно концентрирующих миграционные потоки Ставрополья и Карачаево-Черкесии. Это региональные столицы, образовательные и культурные центры, отличающиеся в этот период устойчивым промышленным развитием. Выделяясь высоким миграционным приростом, Ставрополь концентрировал 22% сальдо миграции края, а Черкесск – 60% миграционного прироста республики. Активная миграция в отдельные города, в частности Буденновск и Усть-Джегуту, была обусловлена быстрым развитием в них промышленности. Именно в это время были введены в эксплуатацию и наращивали производственную мощность в Буденновске химический, а в Усть-Джегуте – цементный заводы. В числе сельских территорий, привлекательных для мигрантов, оказались пригородные (Минераловодский, Изобильненский и др.) районы, находящиеся в зоне непосредственного влияния Ставропольской и Кавминводской агломераций.

Ко второму типу (низкий миграционный прирост) относится большинство (13) городов и районов края (19 из 26) и только один город в республике. В составе этой группы города курортного района КМВ. Миграционная привлекательность этой категории городов всегда была очень высокой и могла сравниться только с курортными городами Черноморского побережья Кавказа или со столичными центрами нашей страны. Но жесткое административное регулирование прописки значительно ограничивало в них миграционный поток. В эту группы входят малые города – административные центры сельских районов, в которых значительная часть миграционного прироста обеспечивалась за счет миграции населения из сельских поселений.

К этому типу относится 75% сельских районов края, среди них и пригородные районы, которые входят в зону влияния обеих агломераций края (Шпаковский, Предгорный, Кочубеевский), возглавляемые малыми городами (Благодарненский, Новоалександровский и др.). Несмотря на окраинное географическое положение в пределах края,  привлекательными  для мигрантов выступают восточные периферийные районы – Левокумский, Арзгирский, Курский, Степновский, Туркменский. Здесь  миграционный прирост обеспечивался преимущественно за счет активной миграции населения из горной зоны Северного Кавказа. В республике к этому типу относится  курорт Теберда, где интенсивность миграционного прироста была на одном уровне с курортами КМВ.

На этом этапе, как показало выборочное исследование миграционных процессов, на локальном уровне в ряде сельских районов края (Курский, Красногвардейский, Предгорный) и республики (Карачаевский, Зеленчукский) в условиях активных урбанизационных процессов, а также развитой сети крупных сельских поселений, в сельских  районах сформировался значительный миграционный поток в системе «село-село». При этом устойчивый миграционный прирост населения был характерен в первую очередь для сельских поселений, выполняющих функции районных центров. В большинстве же центров сельских администраций и рядовых  сельских поселений отмечался миграционный отток, за исключением урбанизированного Предгорного района.

Третий тип (низкая  миграционная убыль), отмечается в крае на 5 территориях в республике – на 6. На Ставрополье это  город Нефтекумск, а также аграрные районы, расположенные  в  засушливой зоне, мозаичные в этническом отношении северо-восточные районы – Нефтекумский, Апанасенковский, а также моноэтничный Красногвардейский район северо-западной части края. В Карачаево-Черкесии к этому типу относился один город (Карачаевск) и большинство (6 из 8) сельских районов (Адыге-Хабльский, Зеленчукский и др.), что обусловлено активной урбанизацией в республике, а также типичной миграцией «с гор на равнину».

Четвертый тип (высокая миграционная убыль) проявляется  только на территории Карачаево-Черкесии, в Усть-Джегутинском и Хабезском районах.

На втором  этапе миграционные процессы в обоих субъектах характеризуются рядом изменений. Главными региональными особенностями сальдо миграции на Ставрополье на этом этапе, в условиях быстрорастущего миграционного прироста, являлись: 1) преобладание территорий с высоким миграционным приростом (I тип) – сельских районов, а среди городских поселений – малых городов; 2) ареал с высоким миграционным приростом охватывал более 75% сельских районов (т.е. ситуация по сравнению с прошлым периодом поменялась на противоположную – раньше только 25% районов имели высокий миграционный прирост) и 6 малых городов (из 10). Т.е. типичными для края являлись районы с высоким миграционным приростом, массовым потоком мигрантов, в т.ч. вынужденных, с устойчивым приростом численности населения, а следовательно, с ростом социальных проблем, главным образом, на рынке труда. В сельских районах, а вслед за ними и в малых городах сложились наиболее благоприятные условия для расселения и адаптации мигрантов на этом этапе за счет самозанятости населения (в личном домашнем хозяйстве и т.д.). В пределах ареала с высоким миграционным приростом проживала почти половина населения, здесь концентрировалось 2/3 миграционного прироста края.

Остальные территории края относятся ко второму типу (18 городов и районов). Низкий миграционный прирост отмечается: 1) в городах-курортах, где его величина продолжает сдерживаться административными мерами, но и немаловажную роль играет экономический фактор – в условиях кризиса значительно снижается  миграционная  привлекательность курортов; 2) во всех ведущих промышленных центрах края (С

Календарь
«  Апрель 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
Статистика
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
и
Поиск

Copyright MyCorp © 2017
Конструктор сайтов - uCoz